exhibition

[Vy'stavka Ikonopisny'kh Podlinnikov i Lubkov : Exhibition of Icon-Originals and Lubki]

Выставка Иконописных Подлинников и Лубков


ID: 559, Status: proof read
Exhibition period:
Mar 24‒Apr 7, 1913 (Mar 11‒25, 1913 o.S.)
Type:
group
Quickstats
Catalogue Entries: 636
Types of Work: painting and drawing: 10, other medium: 159, unknown: 467
Artists: 1
Gender: female: 0, male: 0
Nationalities: 1
collapse all Catalogue View List View
Date Title City Venue Type
Organizing Committee
Михаил Ларионов [Mikhail Larionov]
Catalogue
Иконописные Подлинники и Лубки. 1913.
Nr. of pages: 33.
Holding Institution: [Rossijskaya gosudarstvennaya biblioteka]
Preface
Larionov, Mikhail: [no title], p. 5-10

"Пришел долгожданный хам и удивился, так как попал в эпоху, когда стилем было находить самого себя. И занес он ногу в будущее, но сделал шаг назад. Как раскаленный уголь прыгал язык его, стараясь выплеснуться из пересохшаго горла. Но он должен был глазами раба нахальнаго и трусливаго как шакал смотреть влюбленно на собственный облик, будучи озлобленным как дикая кошка -- умирать подобно Нарцису, потому что такова эпоха и так мстит за себя настоящее прошедшему. Кто отдал себя в руки нищаго времени, тот должен погибнуть от одной из трех враждующих дочерей его. (Радабай глава VII)

В царствовании ассирийскаго царя Гамураби была устроена выставка лубков XIX-го и XX-го столетий русских, китайских, японских, французских и других. Они вызвали такой подъем ощущений порядка искусств, что время было убито вневременным и внепространственным. Возникающее ощущение царило как самодовлеющая безконечность. (Из неизданной истории искусств) [p. 5]

Поль Сезан живописец жил при Рамзес II-м. Творец писца Хеабад Рандай жил, работал, и умер в Экс в Провансе. Историческая справка, от точности которой удивительно выигрывает ясность взгляда аппелириющаго непосредственно к произведению искусства, так как ценность и задача художественнаго произведения под углом времени не разсматриваются. Определение и разсмотрение искусства таким образом относится только к нему, а во всех остальных случаях ко всему, что его окружает. (Из неиздан. истор. искусств гл. III-я.)

Должно быть совершенно безразлично когда возник лубок вообще, а русский лубок в частности. Того, кто этим интересуется, я отсылаю к изданию Ровинскаго, где он найдет все требуемыя сведения по этому вопросу. Самое удивительное, самое современное учение футуризм может быть перенесено в Ассирию или Вавилон, а Ассирия с культом богини Астарты, учение Заратустры, в то, что называется нашим временем. Ощущение новизны и весь интерес нисколько не пропадет, так как эти эпохи по своему существу, развитию и движению равныя и разсматривать их под углом времени может только обездоленная ограниченость. Обе эти эпохи с совершенно одинаковым успехом в смысле новизны могут существовать для, так называемого, будущаго; так как по существу принципов выражающих их, они равноценны, [p. 6]
а время в смысле определения законов того, что существует без его посредства, не играет никакой роли. Тот, кто говорит, что смотрит в будущее имея ввиду время ограничивает себя до небытия и слеп окончательно.
Тот, кто в футуризме видит учение будущаго, видит также буквально, как в импрессионизме первое впечатление, а в кубизме только характер движения плоскости дающей фигуральное построение. Футуристическое учение только и может быть разсматриваемо как вневременное движение.
Разсматривая таким образом лубок, мы ощущаем нашу художественную эпоху наивысшим образом и устремление наших художественных эмоций приобретает силу настолько выразительную, что художественный образ при восприятии путем чувства понимания искусства возникает с яркостью равной моменту его создания, так как жизнь и ощущения, вызываемыя произведением искусства, внеременнаго характера.
Момент постижения художественнаго произведения и то, что мы от него получаем, не имеет отношения к тому, что называется временем.
Художественныя произведения по существу своему различны благодаря форме, в которой воспринимаются и в которой возсозданы.
Лубок многообразен: лубок печатанный с медных досок, с деревянных досок крашенный от руки и по трафарету, с [p. 7]
раскраской по контуру и с раскраской переходящей за контур, растекающейся, при чем последнее является не как случайность, а как традиция вполне осознанная и установившаяся. Это подтверждается тем, что в современном старобрядческом лубке до сих пор продолжают красить таким образом. Ввиду того, что тот кто этим интересуется имеет к этому особый вкус и этот вкус нескольких, не десятков, а даже сотен тысяч людей.
Контур лубка очень разнообразен, в большинстве случаев совершенно свободный, разсматривающий предмет целиком в разных плоскостях с разных точек зрения, занесеных на одну картину. Это, так сказать, примитивное разсмотрение предмета с разных точек зрения, так как сам в себе предмет нерушим, но только на плоскости распределяется в разных положениях. Но у них есть и более сложныя построения – разсмотрение помимо этого еще и самаго предмета с разных сторон и с разных точек зрения, (как у наших современных художников Пикассо и Брака), причем это последнее, выдвигаемое лубками и нашими теперешними художниками, является наилучшим доказательством уничтожения времени, так как в один момент дается то, что можно получить обойдя глазом предмет, что требует уже известнаго течения времени.
Лубок, писанный на подносах, на та- [p. 8.]
бакерках, на стекле, дереве, изразцах, жести (между прочим дошедший и до наших дней в вывесках изумительно разнообразных по трактовке). Набойки, трафарет, тиснение по коже, лубочные киоты из латуни, бисера, стекляруса, шитья, печатные пряники, запеченое тесто (искусства, продолжающия жизнь так же в наших булочных и пряничных).
Резьба по дереву, идущая как собственным путем, так-же и путем русских классических форм.
Различное плетение, кружево и т. д.
Все это лубок в широком смысле этого слова и все это великое искусство. Прекрасный образец лубочной живописи по дереву являет собой расписанный шкаф в музее Строгановскаго училища. Между прочим живописец руководствовался лубочными гравюрами, делал так называемыя копии с них. Кстати несколько слов о копии – копии нет в таком смысле, как это пока понимается, есть художественное произведение, точкой отправления которому послужила гравюра, картина, природа и т. д.
Если бы знали совершенно определенно, что копии нет и никогда не было, что она может существовать только в представлении, но реально никогда не осуществлялась и не может осуществиться - тогда бы никто ни ценил того, что называется оригинальным произведением. [p. 9]
Такое чудо живописнаго мастерства и одухотворенности как иконы Смоленской Богоматери XIII-го века и Архангел Михаил, на выставке древне-русскаго искусства, не лишены того, что называется копией и лубочностью. М. Ларионов [p. 10]."

[The long expected boor arrived and was surprised, how he got into this era where he had to find himself through style. And he took a step into the future, and took one back. His tongue was jumping like glowing coal, trying to escape the parched throat. But he had to look with the eyes of a cheeky and cowardly slave, like an enamoured jackal, at his own appearance, being angry like a wild cat – to die like Narcissus, because such is the era and this way the presence takes revenge on the past. Who gave himself into the hands of a time in need, must die from one of its three feuding daughters. (Radabai chapter 7)

In the reign of the Assyrian king Hammurabi an exhibition of Russian, Chinese, Japanese, French and other luboks of the 19th and 20th century was arranged. They caused such an upsurge of sensations of the art’s order that time was killed by the timeless and non-spatial. The emerging sensation reigned as a self-contained infinity. (From the unreleased art history) [p. 5]

The painter Paul Cezanne lived under Ramses II. The creator of the scribe Kheabad Randaj lived, worked and died in Aix-en-Provence. A historical note, from the accuracy of which the clarity of the view wins surprinsingly, appealing not directly to the artwork, since the value and the task of the artistic work are not examined from a time perspective. Thus, the definition and examination of art applies only to it, but in all other cases to everything that surrounds it. (From the unreleased art history chapter 3)

It should be completely indifferent when lubok developed in general, and the Russian lubok in particular. The one who is interested in this, I refer to the publication of Rovinsky, where he will find all the required information on this issue. The most surprising, the most modern teaching of futurism can be transferred to Assyria or Babylon. Assyria with the cult of the goddess Astarte, the teachings of Zarathustra in what is called our time. The feeling of novelty and all the interest will not be lost in any way, since these eras are essentially equal in their development and movement, and only a disadvantaged limitation can examine them from a time perspective. Both eras with completely identical success in the sense of novelty can exist for the so-called future; because in essence the principles expressing them are equivalent, [p. 6]
and time in sense of defining the laws of what exists without its medium, does not play any role. He who says that he looks to the future bearing time in mind, limits himself to nothingness and is blind forever.
Those who see the teaching of the future in Futurism, see it as literally, as in the first impression in Impressionism, but in Cubism only the character of moving plane, giving a figural construction. The Futuristic teaching is and can only be viewed as a timeless movement. Looking at lubok this way, we perceive our artistic epoch in the highest way and the aspiration of our artistic emotions acquires so much expressive power that the artistic image, when perceived by the sense of understanding art, arises with brightness, equal to the moment of its creation, as life and sensations caused by the artwork of timeless nature. The moment of realization of an artwork and what we receive from it, has nothing to do with what is called time. Artistic works are essentially different due to the form in which they are perceived and in which they are recreated.
Lubok is diverse: a lubok printed from copper boards, painted by hand from wooden boards and stencilled, with [p. 7]
colouring along the contour and with colouring going beyond the contour, spilling, which is not an accident, but a fully realized and established tradition. This is confirmed by the fact that in today’s orthodox lubok they still continue to paint in this way. Considering that who is interested in this has a special taste and this is the taste of many, not only ten, but even of hundreds of thousands people.
The contour of the lubok is versatile, in most of the cases it is completely free, examining the object in different planes from different points of view, being set together in one painting. This is a primitive examination of an object from different points of view,
since the object itself is indestructible, and only in the plane it is supplied with different positions. But they also have more complex constructions when the object itself is examined from different sides and from different points of view, (like those of our contemporary artists Picasso and Braque), and this last one, brought up by the lubki and our present artists, is the best proof of the deconstruction of time, since at a single moment is given what can be obtained by inspecting the object with the eye - what requires the already known movement.
Lubok written on trays, snuff- [p. 8]
boxes, glass, wood, tiles, tin (incidentally it reached our days on signboards amazingly various in interpretation). Prints, stencil, embossing on skin, lubok shrines from brass, beads, bugles, embroidery, printed gingerbread, baked dough (artistry which continues in our bakeries and gingerbread shops). The woodcarving goes its own way, as well as the way of the classical Russian forms. Various plaiting, lace, etc.
All this is lubok in the broadest sense of the word and all this is great art.
A beautiful example of lubok wood painting is a painted cupboard in the museum of the Stroganov School. Incidentally the artist was guided by prints and made so-called copies from them. By the way, a few words about the copy – there is no copy in the sense, as it is understood so far. It is an artwork, the starting point to which was engraving, painting, nature, etc. If we knew quite precisely that the copy does and did never exist, that it can exist only in our imagination, but in reality it has never been realized and cannot be realized, then no one would appreciate what is called the original artwork. [p. 9]
Such a miracle of picturesque mastery and spirituality as the Smolensk icon of the Mother of God from the 13th century and the Archangel Michael at the exhibition of ancient Russian art, are not devoid of what is called copies and primitiveness. M. Larionov [p. 10]]



Goncharova, Natalia: Indian and Persian Lubok, p. 11-12

"Во все времена запад Европы в своих лучших проявлениях исходил прямо или косвенно от востока, так было в религии (Бибилия и Евангелие), и искусстве (Архаическая Греция и Византизм.
И все же оставалась разница. Разница коренившаяся в самом духе народов запада и востока. В большей цивилизованности первых, и большей культурности глубин духа и близости к природе вторых.
В большей любви жителя востока в тос числе и славянина к синтезу, в понимании окружающаго мира и декоративности в его передаче, будь то в поэзии (Тысяча и одна ночь) или живописи персидския и индусския миниатюры, китайские, индусские, русские, персидские и проч. лубки или скульптуры, как то: русские каменныя бабы и индусския скульптуры, все эти произведения до японских гравюр [p. 11]
включительно, не копируют природу, не улучшают ее, а возсоздают; следствием этого возсоздания является изумительная монументальность, в явление самых главных характерных деталей, жизненности.
Свобода и выразительность композиции, орнаментальность и красота краски качества, в полной мере присущия персидским и индусским лубкам. Большой живописной красотой отличаются также персидские ковры, керамика кафели (особенно XII века) и миниатюры, да и после персидского ренессанса (XVI в.) художников Бехзадзе, Джахан, Гиза, Бохари и Мании близкаго как Персии так и Китаю и Индии.
Почти все культуры восточных народов очень древни. Традиции их много древнее европейскаго античнаго мира. И эта культурность и свободно трактованная традиционность неминуемо должны были отразится и на всем персидском и индусском искусстве, а в частности и на лубке как проявлении жизни народа его создавшаго, его вкусов и интересов. [p. 12]"

[At all times, Western Europe at its best, came directly or indirectly from the East, as it was in religion (Bible and Gospel) and in art (Archaic Greece and Byzantium). And still there was a difference. The difference rooted in the very spirit of the western and eastern peoples. In the greater civilisation of the first and in the more cultural depths of the spirit and closeness to nature of the second. In the greater love of a resident of the East, including the Slav as synthesis, in the understanding of the surrounding world and the decorativeness of its transmission, whether in poetry (Thousand and One Nights) or in painting of Persian and Hindu miniatures, Chinese, Hindu, Russian, Persian and other lubki or sculpture, such as the Russian stone Woman and Hindu Sculptures, all these artworks, [p. 11]
including the Japanese prints, do not copy nature, do not refine it, but revive it. The consequence of this recreation is a wonderful monumentality, in the appearance of the most important characteristic details, of vitality.
Freedom and expressiveness of the composition, ornamentality and beauty of the colour quality, are fully inherent to the Persian and Hindu lubki. Persian carpets, ceramic tiles (especially from the 12th century) and miniatures, even after the Persian Renaissance (16th century) of the artists Behzād, Jahan, Giza, Bohari and Mania, close to Persia and China and India, have great artistic beauty.
Almost all cultures of Eastern peoples are very ancient. Their traditions are much older than the European ancient world. And this culture and freely interpreted tradition would inevitably have an impact on all Persian and Hindu art, and in particular on lubok as a manifestation of the life of the people who created it, their taste and interests.]
Catalogue Structure
Иконописные подлинники собрания М. Ф. Ларионова [Icon-Originals from the Collection of M. F. Larionov], cat. no., 1-129, p. 13-17
Лубки из собрания М. Ф. Ларионова [Lubki from the Collection of M. F. Larionov], cat. no., 130-300, p. 17-23
Из собрания народнаго творчества Н. В. Богоявленскаго [From the Collection of Folk Art of N. V. Bogoyavlensky], cat. no. 302-420, p. 23-26
Персидские лубки из собр. А. И. Прибыловскаго [Persian Lubki from the Collection of A. I. Pribylovsky], cat. no. 421-427, p. 26-27
Китайские лубки кол. М. Ф. Ларионова [Chinese Lubki from the Collection of M. F. Larionov], cat. no. 428-466, p. 27-28
Из соб. Н. М. Бочарова [From the Collection of N. M. Bocharov], cat. no. 467, p. 28
Китайские лубки соб. И. Д. Виноградова [Chinese Lubki from the Collection of I. D. Vinigradov], cat. no. 468-519, p. 28-29
Японския деревянныя гравюры коллекция М. Ф. Ларионова [Japonese Wood Printings from the Collection of M. F. Larionov], cat. no. 520-596, p. 29-31
Татарские лубки Коллекция М. Ф. Ларионова [Tatar Lubki Collection of M. F. Larionov], cat. no. 597-614, p. 31-32
Французские лубки коллекция М. Ф. Ларионова [French Lubki, Collection of M.F. Larionov], cat. no. 615-624, p. 32-33
Японские лубки для Китая собр. М. Ф. Ларионова [Japanese Lubki for China Collection of M. F. Larionov], cat. no. 625-633, p. 33
Additional Information
Catalogue Structure altered
Other Mediums listed

+Gender Distribution (Pie Chart)

+Artists’ Age at Exhibition Start(Bar Chart)

+Artists’ Nationality(Pie Chart)

+Exhibiting Cities of Artists(Pie Chart)

+Catalogue Entries by Type of Work(Pie Chart)

+Catalogue Entries by Nationality(Pie Chart)

Name Date of Birth Date of Death Nationality # of Cat. Entries
anonymous: Lubki 553
Recommended Citation: "[Vy'stavka Ikonopisny'kh Podlinnikov i Lubkov : Exhibition of Icon-Originals and Lubki]." In Database of Modern Exhibitions (DoME). European Paintings and Drawings 1905-1915. Last modified Jul 9, 2020. https://exhibitions.univie.ac.at/exhibition/559